Антикросс приветствует гостей! В Месте, где каждый может показать своё желание творить и развивать полюбившиеся миры, а также создавать новые, пусть даже не очень каноничные, сплетения фендомов - ведь для этого и нужны кроссоверы, не так ли?
Этот город черный, мрачный, невзрачный и опасный. Каждый, кто просыпается здесь по утрам – это прекрасно понимает. Каждый осознает тот факт, что ему придется совершенно не сладко и он может стать следующей жертвой очередного съехавшегося психа, который хочет управлять миром тем или иным способом. Весь этот мрачный мир сводит с ума и сверлит где-то внутри. Ужасно грязно и темно, чтобы принимать это за действительность. Где-то и когда-то это должно кончиться, но все никак. Никогда.
Желтый - цвет страха. Красный - ярости. Зеленый - Воли. Синий - надежды. Розовый - любви. У каждой квинтэссенции эмоционального спектра есть свой цвет. Свое кольцо. Свой носитель. Я знаю их все, - думала Джесс, закрыв глаза. И почти слушая собственный голос в своей голове - какой цвет у отчаяния?

anticross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » anticross » Фандом » Gunboat Diplomacy


Gunboat Diplomacy

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Gunboat Diplomacy

http://funkyimg.com/i/2Nuoj.gif http://funkyimg.com/i/2Nuoi.gif

«Riza Hawkeye, Edward Elric »

Иногда дипломатия без демонстрации силы невозможна

+2

2

Если бы кто спросил у Ризы Хоукай, странно ли это - пытаться командовать фюрером, она бы ответила, что ничуть. Она не пыталась управлять им, помыкать или манипулировать. А вот заставлять работать - да. Так было всегда с тех пор, как она поступила на службу к Рою Мустангу. Такой уж он, всю работу проворачивает в голове, а вот бумаги оставляет незаполненными.
Впрочем, кое-что изменилось. Многое. Для бумаг у него были служащие, например, та же Риза. У фюрера слишком много забот, встреч и поездок, ему попросту не до этого. А вот она всегда рядом и она в курсе всех дел. Изменилось и участие Ризы. Она всегда была телохранителем, помощником, верным следователем и мерилом моральных поступков. Сейчас она была и негласным советником. Она не пользовалась этим ради собственной выгоды - такой у Ризы и не было никогда. И, конечно, это не было официальной должностью. Просто они слишком долго друг друга знали. Доверяли безоговорочно. Если спустя столько лет Рой Мустанг не прекратил её слушать, значим её мнение было действительно важно.
А если так, то она считала, что не имеет права сидеть в стороне, когда фюрер то ли недооценивает ситуацию, то ли затерялся в собственных идеалах. Может, в его голове был какой-то очередной план, но если он делился не с ней, то с кем?
Новый фюрер думал о благе народа. Он пришёл из низов сам. Попытался искупить грехи, помогая подняться целому региону. Риза безгранично уважала это, как и желание Роя продолжать следовать благородному пути. Стараться ради жителей, а не готовить их к жертве ради собственных целей - это замечательно. Но сейчас ей казалось, что фюрер делает ошибку или находится на пути к её свершению. Он пытался решить мирными переговорами конфликт, который был для Аместриса и Драхмы уже принипиальным. Так долго они держали Бриггс, столько людей пало там в момент, когда Кимбли ставил кровавую метку. Риза не верила, что Драхма готова к переговорам. Она была уверена, что если они и будут назначены то лишь для того, чтобы загнать фюрера в ловушку. Этого она допустить не могла. Только её слов не хватало для такого упрямца, поэтому она решила обратиться к тому, кто умел доносить до Мустанга свои мысли альтернативными способами.
Риза едет на машине Роя, потому что по негласному соглашению она теперь принадлежит ей. У фюрера кортеж и более презентабельная модель, но и свою "старушку" Рой любил. О ком именно речь - самой Ризе или машине - непонятно, но теперь у неё было средство для передвижения. Что очень удачно - так ей было ещё легче добраться прямиком до полковника Элрика от дома.
Кто бы мог подумать. Тот мальчик, ведомый несгибаемой волей и отчаянным желанием вернуть брату тело, стал полковником. Если уж говорить о случившихся изменениях, то вот где их было сполна. Такое Риза себе представить не могла. А вот женитьбу Эдварда с Уинри предвидела давно. Такие юные, но с таким чистыми влюблёнными сердцами - им суждено было быть вместе.
- Полковник! - Риза здоровается по-военному, прикладывая ладонь к голове, хотя они в тех отношениях, когда могут позволить себе отказаться от подобных жестов. Но они, в конце концов, в правительственном здании, стоит соблюдать манеры.
- Я бы хотела поговорить с вами, полковник, если у вас есть время. Это касается фюрера и ситуации на севере, - не в характере Ризы ходить вокруг да около. Она сразу выложила цели своего приезда и не собиралась позволять Эдварду уходить от этого разговора. В конце концов, обращаться с полковниками она умела всегда.

+1

3

-Отчет должен быть сегодня вечером, и никакие оправдания в том, что у тебя заболела собака не принимаются, сержант! Свободен! - отмахивается Элрик, провожая взглядом нерадивого подчиненного, недавно переведенного в центр с восточного штаба и который позволяет себе опаздывать даже не проработав и месяца. Элрик тяжко вздыхает, перебирая накопившиеся за последний месяц бумаги. Он никогда не думал, что ему придется командовать людьми, да и вообще достичь столь высокого воинского звания. Эдвард стал государственным алхимиком лишь потому, что это открывало перед ним больше возможностей вернуть тело брату и себе. Сейчас же, сидя в штабе в погонах полковника, перебирая тонны скучнейших отчетов, которые вообще никто не читает и отдает приказы людям, которые даже для Эдварда были отвратительны, он расплачивается за свои прошлые прегрешения. Пожертвовав отцом ради того, чтобы спасти брата, он сохранил свою алхимию, но потерял нечто большее - счастливую жизнь. Элрик никогда не был по-настоящему военным человеком, да и вряд ли когда им станет. 

Жизнь в стране, после заговора гомункулов, уже давно вернулась на круги своя и люди даже не вспоминают о тех ужасных событиях, которые им удалось пережить. Лишь Эдвард не без ностальгии вспоминает совместные с братом приключения, когда смотрит на совместную фотографию с Альфонсом и Уинри, которая расположилась у него на рабочем столе. Он уже очень давно не видел Ала и с каждым днем надежды на то, что братья снова увидятся, угасали. Приближалась война. Да, пока что это всего лишь напряженность между двумя странами, открытого столкновения не было, да и провокации носили локальный характер. Однако, Эдвард уже побывал на одной войне и привык доверять своему чутью, а оно подсказывало, что рано или поздно огонь войны вновь может разразиться, но Эд был готов сделать все, чтобы не дать этому случиться. Тем более, он обещал Уинри, что не позволит себе слишком долго задерживать на работе и нарушать это обещание он не собирался. 

Собрав хаотично разбросанные на столе бумаги в одну аккуратную стопку, Эдвард уже было хотел убрать их в стол, как его взгляд приковала какая-то старая монетка, которая залежалась в самом дальнем углу выдвижного ящика. Взяв в руки и внимательно рассмотрев её, Элрик заключил: “Кажется, это древняя монета из Ксеркса, не помню, чтобы я её там подбирал. . .” Не пытаясь забивать свою голову ненужными мыслями о том, как она вообще появилась у Эда в столе и как это может быть связано с Хоэнхаймом, он подбросил её в воздух и поймал, а затем закинул в ящик и погрузил поверх неё все отчеты. Как раз в этот момент двери в его кабинет открылись. 

-Капитан Хоукай!- кивнул Эдвард и, соблюдая все формальности в армии, отдал честь. Он всегда был рад своим друзьям, когда бы они не пришли, но все же был удивлен её визитом, так как ему всегда казалось, что Риза ни на шаг не отходит от фюрера, боясь, что тот без неё сразу же развалит всю страну. Признаться, это полковника Элрика даже забавляло. Впрочем, как бы то ни было, он уважал Роя Мустанга, хоть и словно оставаясь ребенком, никогда это не показывал. 

Правда, визит капитана Хоукай был куда более серьезный, чем Эд мог предполагать с самого начала. Как только он услышал “север”, то моментально нахмурился, слегка постукивая указательным пальцем по столу. 

-Снова плохие новости? - спрашивает Элрик, кивая в сторону кресла напротив его стола, недвусмысленно намекая, чтобы капитан присаживалась. 

-Фюрер вроде говорил, что держит ситуацию под полным контролем. - с долей иронии произносит Эдвард, вспоминая как полковник уверял всех на экстренном совещании, что он сможет сдержать Драхму. И Элрику хотелось ему верить, ведь он всегда выступал против новой войны, но и давать в обиду собственную страну у него не было никакого желания.

+1


Вы здесь » anticross » Фандом » Gunboat Diplomacy