Антикросс приветствует гостей! В Месте, где каждый может показать своё желание творить и развивать полюбившиеся миры, а также создавать новые, пусть даже не очень каноничные, сплетения фендомов - ведь для этого и нужны кроссоверы, не так ли?
Этот город черный, мрачный, невзрачный и опасный. Каждый, кто просыпается здесь по утрам – это прекрасно понимает. Каждый осознает тот факт, что ему придется совершенно не сладко и он может стать следующей жертвой очередного съехавшегося психа, который хочет управлять миром тем или иным способом. Весь этот мрачный мир сводит с ума и сверлит где-то внутри. Ужасно грязно и темно, чтобы принимать это за действительность. Где-то и когда-то это должно кончиться, но все никак. Никогда.
Желтый - цвет страха. Красный - ярости. Зеленый - Воли. Синий - надежды. Розовый - любви. У каждой квинтэссенции эмоционального спектра есть свой цвет. Свое кольцо. Свой носитель. Я знаю их все, - думала Джесс, закрыв глаза. И почти слушая собственный голос в своей голове - какой цвет у отчаяния?

anticross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » anticross » Фандом » Поколения горят в войне


Поколения горят в войне

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Поколения горят в войне

http://funkyimg.com/i/2MKKa.jpg

« ... Джин Эрсо и Гален Эрсо ­... »

Долгожданная встреча. Вопреки всему. В такие моменты остается только вдохнуть поглубже да поверить в существование удачи и предназначение судьбы. Вот только не зря мудрые джедаи когда-то отрицали существование фортуны и не забывали о том, что путь, предначертанный судьбой редко когда вел к счастью. Джедаев не осталось больше. А вот законы мироздания, кажется, ничуть не изменились.

+2

2

[indent]Явин встречает их суматохой праздника и счастливыми лицами: когда отряд "Изгой-один", — то, что от него осталось, — наконец возвращается домой вместе с эвакуированными сенатором Органой и его приближёнными, основная база восстания празднует крупную победу: Звезда Смерти уничтожена. Полным ходом идут приготовления к торжественной церемонии чествования героев Альянса, в воздухе витают новые имена, перемигиваются гимном восстания огни взлётно-посадочной и даже часовой на посту не зевает, а все наперебой обсуждают возникшего из ниоткуда мальчишку-фермера, едва ли не в одиночку загнавшего торпеду прямо в реактор с помощью одной только Силы. Эрсо хмурится, переглядывается с остальными, и даже не пытается отогнать от себя мысль, что мир сошёл с ума.
[indent]Главная новость становится для них сюрпризом, обрушивается на голову внезапно, оглушает. У неё перед глазами до сих пор разлетевшийся на куски практически за спиной, в мгновенье обращённый в пыль удивительный Альдераан, — ужасный, но закономерный результат испытаний главного орудия "Звёздочки" на Джеде и Скарифе. Так странно: неделю назад она не могла поверить в существование боевой станции, — а теперь в то, что её больше нет. Что бледный силуэт машины массового убийства, преследовавшей их по пятам последние несколько дней, не возникнет на темнеющем небе над Явином. К хорошему привыкаешь быстро, к чудовищному — мгновенно.
[indent]Бейл Органа улыбается, но в глазах пустота. Слова сочувствия у Джин встают поперёк горла, не успев толком даже сформироваться — "ой, Эрсо, просто заткнись". Когда к нему подбегает Лея, — и радость, и горе у них одно на двоих, и Джин отворачивается, потому что это неловко и кажется неправильным продолжать смотреть сейчас, отбирая редкую минуту единения — отец и дочь стоят обнявшись, и слова не нужны. Джин с робкой надеждой вспоминает о Галене, вытягивает шею, всматриваясь в лица, но на платформе его нет, — должно быть, ещё не очнулся.
[indent]Её собственная полуулыбка выходит вымученной — хотя ждут от неё другую. Но после событий последних дней на искреннюю радость сил уже не остаётся. Когда их отряд отправляют в переполненный медотсек, где меддроиды штопают раненых словно на конвейере, курсируют туда-сюда врачи с датападами в руках, и дело вообще поставлено на поток, Джин мгновенно отключается прямо в очереди, на кушетке, ожидая осмотра, просто уронив голову на плечо Кассиана.
[indent]Проспит она почти двое суток.

* * *[indent]Ходит первое время с трудом. Нет, ноги целы, все повреждения — лёгкие и не представляют серьёзной угрозы здоровью, но тело, истощённое физическими нагрузками, реагирует вяло и нехотя, и сон, а также вся та тонизирующая восстановительная дрянь, которую Джин без её ведома вливали в кровь — не заставляют чувствовать себя обновлённой и сил не добавляют, под ногтями ощущается грязь, а во рту — сухо и горько, как утром после крепкой выпивки.
[indent]Каждый день в часы приёма посетителей ноги ведут её по знакомому маршруту, и мысль "а что теперь?" следует за ней по пятам, она к ней почти привыкла, ещё один вопрос в копилку к тем, что не покидали годами. Единственный, кто может помочь разгадать загадку — бессовестно спит, всегда мирно и без тревог, помолодевший во сне лет на десять по сравнению с тем, каким она запомнила его на голограмме. И Джин понемногу злится на него за это молчание — для человека, прождавшего пятнадцать лет, она на удивление нетерпелива. Дни растягиваются в недели, в какой-то момент её даже успевают условно-досрочно освободить из медотсека, выделяют собственную комнату и крайне ответственную соответствующую всем навыкам и характеру увлекательную работу в диспетчерской под примирительное "это временно" капитана Андора. Что ж, может, он и прав, но в том, что после всего их с Галеном отпустят просто так Джин сомневается, не вчера родилась и догадывается, как здесь всё устроено, да и командование недвусмысленно намекнуло ей, что заинтересовано в сотрудничестве с её отцом.
[indent]"Условия будут обсуждаться с Эрсо, когда он очнётся".
[indent]О, конечно. Кажется, в словах Веджа "они просто ещё не вернули мою ID-карту" только доля шутки.

* * *[indent]По закону подлости когда отец, наконец, приходит в себя, Джин нет рядом. Она только получает на комлинк краткое долгожданное, и вместе с тем внезапное "очнулся" — и мается до конца смены, застыв над шифровками, но не в силах сосредоточиться на плывущих перед глазами цифрах, барабаня по столу пальцами и доводя напарников до нервного тика. За пятьдесят семь стандартных минут до звоночка лейтенант Дракз качая лекку признаёт, что она невыносима, безнадёжна — и гонит в лазарет. А у Джин в этот момент отчего-то ноги ватные, но тяжелее свинца. Так ждала, минуты считала, так что же ты теперь..?
[indent]Как добралась до медосека Эрсо едва ли помнит, — хотя не бежала, весь путь смазан в одно пятно и больше всего напоминает прыжок через гиперпространство. Только створка двери заставляет замереть, озадаченно разглядывая замок, и несколько раз глубоко вдохнуть — помнится, так ещё Лиане Халик какой-то умник посоветовал делать, прежде чем устраивать драку. "Драку? — поспешно одёргивает себя, — это просто твой отец".
[indent]В голове блаженная пустота. Действительность всё ещё не вполне реальна, хотя глаза напротив — определённо такие же, как у неё, только старше. И Джин молчит, в силах лишь выдавить из себя кривую неловкую улыбку.
[indent]Ей бы сорваться места в мгновение, обнять, сказать, как скучала, — но это будет не до конца честно. Вместо этого она отводит взгляд и молча пересекает палату, разглядывая её так, словно не знает расположение предметов наизусть, словно не она ночи напролёт сидела у его кровати, вглядываясь в лицо и выискивая в незнакомце Галена Эрсо, который самый умный, самый храбрый, и никакой Брин из "Лестницы Октавы" в подмётки не годится... чтобы впервые с того сумбурного, странного и скомканного воссоединения на Иду так ясно ощутить стену в пятнадцать лет, стоящую между ними. Человека, давно вычеркнутого из жизни, оказалось крайне трудно вписать снова, и даже её искреннее желание сделать это ничего не могло изменить сейчас.
[indent]"Привет, пап, пятнадцать лет я воровала, убивала, врала на каждом шагу и вполне искренне желала тебе смерти, несмотря на то, что ты сделал. В своё оправдание могу сказать только то, что не знала всех подробностей и воспитывалась террористом, к которому вы с мамой меня послали. В Альянс я попала прямиком из тюрьмы, в которую загремела за подделку документов, хранение оружия и разбой, и сожалею только о том, что не смогла сбежать. Приятно познакомиться, как здорово, что мы теперь семья".
[indent]А ещё...
[indent]"О, кстати,  Бодхи передавал привет, он как раз недавно оправился от пыток у Герреры, ты туда его отправил, помнишь? Просил сказать, что не в обиде, такой славный малый".
[indent]— Мм... привет? — красноречие всегда было её сильной стороной, определённо. — Хотела прийти раньше, но не получилось. Рада видеть тебя... — и снова заминка. Неловким движением отодвигает стул и садится, всё ещё избегая взгляда в глаза, — ...рада видеть тебя.

Отредактировано Jyn Erso (2018-12-01 00:55:13)

+2

3

- Джин… - Гален неловко приподнялся на койке и даже поспешил на ней сесть. Он бы и рад вскочить на ноги, встретить дочь, как подобает отцу, да вот только даже в такой малости оказался не в состоянии соответствовать. Какая горькая ирония. После всех этих лет. - Девочка моя… - ученый едва себя сдерживал. Девочка… Его девочка, Звездочка, которую он обещал защищать и оберегать, давно превратилась в красивую девушку. Сильную, самостоятельную, способную выжить. Без него. Через сколько всего ей пришлось пройти? Это из-за Галена у его дочери взгляд, какой Эрсо видел не раз. Взгляд, навсегда искаженный болью, невзгодами, войной и утратой. Гален Эрсо обещал защитить свою дочь. И не сумел. Это из-за него Джин росла без матери. Из-за него, из-за его имени, из-за его положения ей приходилось бежать, скрываться от Империи. 
Это он лишил ее жизни, которой она заслуживала, которую имела право прожить. Галактика и Звезды! Все должно было быть совсем не так. И все же он испытывал радость, горькую, заглушаемую смятением, но радость. Джин была перед ним. Живая, невредимая. И он. Вопреки всему жив, чтобы иметь возможность испытать что-то кроме невыносимого чувства вины. Ученый осторожно протянул руку, касаясь щеки собственной дочери.
- Живая… Ты живая, - Гален растерянно и нервно улыбнулся, словно до сих пор не верил своим глазам. - Мне говорили, что ты живая, но я… - ученый осекся. - Мне нужно было убедиться самому. Ведь… Впрочем, пустое, не важно. Все это не важно. Не сейчас, - речь Галена становилась совсем уж сбивчивой, почти беспорядочной. Он осторожно положил руки девушке на плечи, глядя на нее так, словно действительно до конца не верил в происходящее. - Джин… Джин, я не в праве просить тебя простить мне даже малую часть того, что я сделал, сделал тебе, но...

+1

4

[indent]Его сожаления сбивают с толку, на какое-то время она замирает, не вполне понимая, как должна реагировать. Как отреагировала бы нормальная любящая дочь, увидев своего отца после долгой вынужденной разлуки? Едва ли ощутила бы это странное оцепенение, почти отрешённость, едва ли стала бы отводить глаза, как лжец, которого поймали на слове. К сожалению, в рамки "нормального" их общая история абсолютно точно не вписывается, а употреблять "Джин Эрсо" и "любящая дочь" в одном предложении и вовсе оскорбление всех семейных ценностей разом.
[indent]"Семья" до сих пор кажется чем-то недостижимым, нереальным, похороненным давно вместе с наивным детством, зарытым в вулканическую почву Ла'му. Ещё одна вещь, которая "не-для-неё" — так казалось когда-то. А теперь её отец жив, он рядом с ней, и всё это ощущается иначе, чем она представляла, — слишком странно, иррационально, словно происходит не здесь и не сейчас. А ведь, казалось бы, давно привыкла к тому, что его жизнь вне опасности, прекрасно знает причины, и ясно осознаёт собственные заблуждения. Должно бы стать немного проще теперь, но нет.
[indent]Она не вполне заслуживает, чтобы отец просил у неё прощения. И глядя на него теперь — не может и не хочет винить в уходе, смерти мамы и работе на Империю. Было бы глупо продолжать сейчас, цепляясь за собственный эгоизм.
[indent]Он оставил её, потому что у него была причина, кто знает, сколько ещё планет уничтожила бы "Звезда Смерти", закончи проект кто-то другой. Она же делала всё это только потому что была не очень хорошим человеком. Её обиды, её злоба, её боль и вечное бегство от них, попытки забыться и забыть — никому не сделали лучше. "Па, твоя дочь то ещё дерьмо", в семейных отношениях Джин профан, но интуитивно догадывается, что эта тема явно не из тех, которые стоит первым делом поднимать перед только что вышедшим из комы отцом, рушить все надежды разом, даже если той девочки, Звёздочки, которую он когда-то знал, уже давно нет. Ей бы хотелось, на самом деле ужасно хотелось соответствовать тому образу, который он себе представлял, но прошедших лет не вернуть, так или иначе. Реальность никогда не давала ей времени строить иллюзии: стать кем-то другим уже не выйдет. Им придётся узнавать друг друга заново, и Джин не уверена, что Галену понравятся такие знакомства.
[indent]— Не надо, па... — она машинально накрывает отцовскую ладонь, такую сухую и слабую, своей. Глаза предательски щиплет, не хватало только расплакаться сейчас. — Я всё понимаю. Я же видела послание, которое ты отправил. Это... крифф, это ничего. Те, кто действительно виноват, уже заплатили. Ты ведь знаешь? У нас получилось. Всё это закончилось.
[indent]Наверняка кто-нибудь уже сообщил об этом, но лучше сказать самой. О том, что ей уже приходилось кулаками доказывать парочке связистов, что крайне невежливо и вообще по-свински называть её отца "предателем, вокруг которого все скачут, уж лучше бы выдали Империи и дело с концом" — Джин, конечно же, молчит. И об Альдераане — тоже. Ему сейчас хорошие новости нужны.
[indent]— Но я не смогу простить тебя, если ты будешь нарушать предписания доктора. Вот как сейчас, — Джин улыбается краем губ, чуть привстав со стула, чтобы отрегулировать положение больничной койки. — Так лучше? Тебе нужен покой, а остальное пусть подождёт.

Отредактировано Jyn Erso (2018-11-11 11:50:29)

+1

5

На лице Галена возникла краткая, но очень приятная, мягкая усмешка. Он все же послушно опустился на заботливо приподнятую спинку койки. Как бы ему ни хотелось отрицать рекомендации военного врача, реалии игнорировать он не мог. Все, что с ним произошло за последнее время сказалось на его состоянии. И тяжелее, чем ему бы хотелось. Словно бы внутри что-то надломилось. Честно говоря, странное и слишком незначительное ощущение, чтобы его обсуждать, когда вместо несвоевременной смерти вам даровали жизнь. Но сейчас речь шла не о благодарности высшей силе или тем, кто действительно был причиной тому, что он все еще живой и находится теперь здесь. Одной ненужны благодарности песчинок, другим… У него еще будет возможность сполна расплатиться по счетам. Это даже не обсуждалось, как жали понять старшему Эрсо. Восстание, может быть, и жило надеждами, но существовало на вполне материальных и недешевых основаниях, как и все живое в этой Галактике.
- Спасибо. Так действительно лучше, - Эрсо не спускал глаз со своей дочери. Он любил ее бесконечно, всегда, как только и могут любить родители своих детей. И тем страшнее и больнее было осознавать, что он совсем не знал ее. Не знал свою дочь. Джин Эрсо в силу обстоятельств оказалась ему чужим человеком. И этому человеку явно было что рассказать о себе. А у Галена теперь было время, чтобы если не сгладить ошибки прошлого, то не совершить новых и наверстать упущенное, насколько это было возможным. И старший Эрсо надеялся, что и Джин не откажет ему в этой возможности. Впрочем, Гален не был глупцом, а потому его надежды не были окрашены розовыми светофильтрами.
- У вас… Я знаю, что это получилось у тебя, - тихо говорил Эрсо. Он вовсе не хвалил свою дочь и не выделял ее заслуги на фоне остальных, как могло бы показаться. Он подводил линию под скудными фактами, которыми обладал. И которые его тревожили. Голова была мутной и отказывалась работать, словно упертый таун-таун. - И то, что ты оказалась тогда на Иду - не случайность.
Гален вновь поднял взгляд на дочь.
- Как давно ты с повстанцами? - ни осуждения в голосе, ничего. Только осторожное, тревожное любопытство.

+1

6

[indent]Джин только и остаётся плечами пожать, повторив эхом:
[indent]— Не случайность.
[indent]С одной маленькой оговоркой: до Джеды вся её мотивация ограничивалась прозаичным желанием поскорее отделаться от Альянса в целом и угрюмого капитана с его полуручным ведром с болтами в частности, ровно как и от всей этой внезапно всплывшей трогательной семейной истории, потому что выстроенный наспех для своего спокойствия мирок рушился быстрее, чем она успевала латать дыры в его стенах. И большинство заслуг дочери Галена Эрсо, в общем-то, сводятся просто к тому, что не повернула вовремя, не ушла, хотя могла, действительно могла бы. Это позже — голограмма и мучительная близость ответов, которые искала так долго, бомбы на Иду и полёт на Скариф, который обязательно провалился бы, если бы эту, прямо скажем, безумную идею не поддержало ещё несколько человек — иначе нельзя, и они все это понимали.
[indent]Тогда Джин даже не знала их имён, а теперь помнила каждое. А также те скудные детали биографий, которые узнала позже, на Явине, едва придя в себя после возвращения. Писать их близким было очень тяжело, но ответственность за эти жизни ощущалась особенно остро — как и за всех, кто пошёл за ней и выжил.
[indent]А теперь в списке пополнение: отец. И меньшее, что она должна сделать для него теперь, — дать ту жизнь, какую он сам хотел бы для себя, не омрачённую ужасом от собственных творений, сделками с совестью и необходимостью лгать. Хотя бы в перспективе. Возможно, они даже смогут стать семьёй на самом деле, хотя это всё ещё слишком хорошо и так не бывает, потому что Империя никуда не делась, потому что доходчиво объяснила Эрсо всё насчёт "спокойной тихой жизни" ещё на Ла'му. Кроме того, есть Альянс, который может просто не оставить для них выбора. Нет, если Гален сам захочет продолжать работать на восстание, все вопросы отпадают, это будет его собственный выбор. Но если сотрудничество окажется не вполне добровольным...
[indent]Будущее всё ещё слишком туманно, а нехорошее предчувствие давно и прочно поселилось под рёбрами, отравляя первые попытки наладить отношения.
[indent]— Немногим дольше тебя, вообще-то, — Джин старается произнести это небрежно, хотя вопрос заставляет напрячься. Идиотское чувство, будто её испытывают, проверяют, не покидает даже сейчас, хотя Гален совершенно точно не имел ничего общего с разведкой Альянса, разглядывавшей каждый её жест едва ли не через лупу. Нет в его взгляде, понимающем и тёплом — который она едва ли заслуживает — в том тоне, которым он спрашивает об этом, в чистом интересе — нет второго дна или скрытых мотивов, которые она так привыкла искать повсюду.
[indent]— Они вытащили меня из трудового лагеря, чтобы выйти на Со.
[indent]Ей не нужен суперслух, чтобы ощутить, как с тихим звоном медленно трескает образ, который отец представлял себе все эти годы. Сейчас, наверно, начнёт придумывать самую благородную причину, по которой его Звёздочка могла угодить в такое место. Нельзя дать ему такого шанса.
[indent]— Мы с Геррерой разошлись несколько лет назад. Я какое-то время была... ну, знаешь "сама по себе".
[indent]С такими формулировками ещё немного и можно в политику, браво, Джин.

Отредактировано Jyn Erso (2018-11-12 09:54:33)

+1

7

Гален болезненно нахмурился.  И не было ясно, то ли виной тому была раскалывающаяся голова или его расстраивали новости. Мужчина снова коснулся руки дочери. Ничто так не возвращало его к реальности, как тактильные ощущения, контакт.
- Но на Со они вышли… - Эрсо старший скорее делился выводами, нежели спрашивал. - Где он сейчас? - Галену было о чем поговорить с Со. Особенно после этих ремарок Джин. Что бы между ними не произошло, слова существуют для того, чтобы их держать. По крайней мере ученый был твердо уверен, что Со Геррера принадлежал к категории людей с теми же понятиями. По крайней мере до сего момента. - И пилот, Бодхи? Бодхи Рук. Что с ним? - Эрсо встрепенулся. Кажется, затуманенная лекарствами голова начинала не только болеть, но и наконец работать хоть как-то. Со всеми этими вопросами словно ил во взболомученной реке стали подниматься те факты действительности, которые нельзя было отрицать, но которые имели мало значения до сего момента.Гален осекся, едва заметно улыбнувшись. Невесело. - Со мной не спешат делиться информацией. Даже самой элементарной. Например, о том, где я имею честь находиться.
Ученый говорил спокойно, но нужно было быть дураком, чтобы не понять, что подобное положение дел его не только не радует, но и тревожит.
- Рад, что тебя пустили беспрепятственно.

+1

8

[indent]— Со мёртв, — сказать это получается спокойно и ровно, только уголок рта дёргается предательски. Геррера явно не относился к числу тех людей, на которых ей было плевать, даже если за столько лет Джин почти удалось убедить себя в этом. Вот только как-то так вышло, что говорить о смерти по-другому она разучилась, даже если это был кто-то близкий. — Джеда.
[indent]Обсуждать подробности, проливая свет на всю подноготную их взаимоотношений, тем более изливать душу и плакаться не хотелось, во всяком случае, не сейчас, хотя Гален, конечно, не заслужил такой отстранённости.
[indent]— Бодхи... — Джин медлит с секунду, затем пожимает плечами. Бодхи Рук, обхвативший себя руками; которого бьёт мелкая дрожь, и глаза смотрят не на неё, а сквозь. "Твой отец сказал, я могу всё исправить, если только немного смелости..." — кажется, авторитет Галена Эрсо не смогло разрушить даже знакомство с методами Со. Бодхи Рук, отрешённо бормочущий что-то о том, как они похожи — "У тебя глаза как у него, ну, добрые, и цвет ещё". Бодхи Рук, мгновенно преобразившийся, стоило лишь ему вновь оказаться в пилотском кресле и взять в руки РУД. И... "они собираются назвать её Разбойной, представляешь?"
[indent] — Ты и сам скоро сможешь спросить его обо всём. Знаешь, с тех пор, как мы вернулись на Явин, он часто про тебя вспоминал.
[indent]Ободряюще улыбнувшись, Джин легонько сжимает его руку, хотя поддерживать выражение "всё хорошо" на своём лице долго не получается всё равно. Кажется, они как раз подошли к той части, где начинаются плохие новости.
[indent]— Я понимаю, — Джин кивает, и серьёзность даётся ей гораздо проще неосознанных попыток выдать себя за ту, кем она никогда не являлась. — Я расскажу тебе всё, но сначала... Что ты знаешь?
[indent]Джин старается ничем не выдавать себя, но ей едва ли получается скрыть от Галена то и дело отвлекающийся на детали скудной больничной обстановки взгляд. Дурная привычка, паранойя, — впрочем, наверняка оправданная на этот раз. Не надо быть гением, чтобы понимать, что их прослушивают.
[indent]Ради безопасности Альянса, конечно же.

Отредактировано Jyn Erso (2018-12-01 03:36:43)

+1


Вы здесь » anticross » Фандом » Поколения горят в войне